Украинские беженцы в Европе и России — как принимают украинцев — обзор СМИ / НВ

Цей матеріал також доступний українською

Оккупанты проверяют машины с выезжающими из Мариуполя украинцами. Март 2022 года. (Фото:Alexander Ermochenko / REUTERS)

Оккупанты проверяют машины с выезжающими из Мариуполя украинцами. Март 2022 года. (Фото:Alexander Ermochenko / REUTERS)

В Европе украинские беженцы живут в семьях местных жителей, тогда как в России их ждут фильтрационные лагеря, допросы, а иногда пытки, и затем — Сибирь либо Дальний Восток. Западные СМИ пишут о том, как спасаются украинцы от войны за границей.

В марте Поль Шпигель, директор Центра здоровья человека при Университете Джона Хопкинса и координатор Всемирной организации здравоохранения по делам украинских беженцев, отправился в полуторамесячную командировку в города Чехии, Польши, Румынии и Словакии, где сейчас живут немало вынужденных переселенцев из Украины. По возвращении в США он пообщался с журналистами NPR — Национального общественного радио США, и поделился своими наблюдениями относительно того, как принимают украинцев в Европе.

По словам Шпигеля, европейские государства «чрезвычайно гостеприимно» встречают украинцев, проявляют «щедрость и открытость». Большинство из них селят не в лагерях для беженцев, а бесплатно пристраивают в местные семьи либо гостиницы и общежития. Правительства принимающих стран позволяют вынужденным переселенцам из Украины легально работать и обеспечивают их тем же объемом медицинских сервисов, что и местное население.

Впрочем, есть определенные поводы для беспокойства, отмечает исследователь: вооруженный конфликт продолжается, и со временем у населения принимающих стран накапливается усталость от приема беженцев. «В начале войны мы не знали, сколько она продлится, — отмечает Шпигель. — Большинство людей рассчитывали принять беженцев на несколько недель, но не на месяцы или год с лишним. Через некоторое время щедрость может пойти на убыль».

Чтобы предотвратить это, правительства европейских стран, по его мнению, должны внедрять программы поддержки не только для беженцев, но и для уязвимых категорий собственного населения. «Если [нуждающиеся в помощи] граждане чувствуют, что беженцы получают больше, чем они, это может усиливать напряжение, превращая щедрость в возмущение, — подчеркивает Шпигель. — Мы должны минимизировать этот риск».

Между тем, украинцы, вынужденные выехать из зон боевых действий в Россию, сталкиваются с другими проблемами. В общении с журналистами американской газеты The Washington Post они рассказывают о фильтрационных лагерях, жестоких допросах, обысках и задержаниях.

По данным Министерства обороны РФ, всего с начала войны в Россию выехали более 1 млн украинцев. Часть из них не имела другого выбора — как принудительно эвакуированные на восток жители Мариуполя, еще часть — особенно жители временно оккупированных территорий Донбасса — сделали это добровольно. По свидетельствам самих беженцев, а также волонтеров и украинских и американских чиновников, почти все вынужденно перемещенные лица прошли фильтрационные лагеря с допросами и обысками. Те из них, кого заподозрили в симпатиях к украинским военным, были задержаны, они подверглись пыткам.

Некоторым украинцам удалось выехать из России на территорию третьих государств, однако многие из них были перемещены во временные поселения беженцев вглубь России, и так они «оказались в ловушке в стране, которая отнеслась к ним с ненавистью и разрушила их дома», пишет издание.

26-летний житель Мариуполя Богдан вместе с женой и семилетней дочерью покинул Мариуполь в середине марта и в итоге попал в центр для беженцев в запущенном советском санатории в Ялте. По его словам, оккупанты расспрашивали его о позициях украинских военных в Мариуполе и спрашивали, за кого он — за Россию или за Украину. «Я сказал: «Вы интересные люди. На моей родине война, российские солдаты напали, и мой дом был разрушен. А вы хотите, чтобы я декламировал пророссийские заявления?», — вспоминает украинец.

Благодаря помощи иностранных волонтерских организаций Богдан с семьей уехал из Крыма и живет в Стокгольме. Другую часть их группы беженцев вывезли в какой-то убогий санаторий в 1 тыс. км от границы вглубь страны, рассказывает он.

Еще один мариуполец 19-летний студент Александр Шевчук признается, что прошел через несколько раундов допросов, в ходе которых российские военные и работники ФСБ пытались выяснить, не участвовал ли он в боевых действиях. Они тщательно осматривали его, выискивая татуировки, а также мозоли и синяки, которые могли бы свидетельствовать о ношении оружия, расспрашивали о длинных волосах и бороде, которые рассматривают как потенциальный признак украинского национализма.

У всех, кто попадал в фильтрационный лагерь, оккупанты осматривали телефоны и планшеты, а у некоторых забирали сим-карты, объясняя, что их могут использовать для наведения украинские военные, вспоминает Шевчук. Если кто-то вдруг произносил слово «война», оккупанты сразу становились агрессивными. «Как вы думаете, почему это война? Война против кого? — вспоминает их реакцию мариуполец. – Вы знаете, что не стоит говорить это слово».

В самой России с украинскими беженцами обращаются по-разному, пишет The Washington Post. Кому-то удается покинуть страну без необходимых документов, кому-то нет; некоторые могут найти достойное временное жилье, а другим приходится жить под стражей в лагерях. Между тем, западные чиновники выражают обеспокоенность принудительным перемещением украинцев в Россию. Москва же подобные упреки отвергает, заявляя о помощи вынужденно перемещенным украинцам.

Впрочем, не все беженцы понимают, что для них означают обещания о помощи и, в частности, о временном жилье в восточных регионах России. «Некоторые мариупольцы говорят, что уже согласились поехать в Хабаровский край [на Дальний Восток России, куда поезд из Москвы идет шесть дней]», — рассказывает Данил Махницкий, глава московской волонтерской организации «Общество. Будущее», которая помогает беженцам. По его словам, некоторые из них не понимают, на что соглашаются.

Кроме того, существует проблема с документами. Если украинцы хотят получить временное жилье или помощь от российского правительства — а часто это просто необходимо из-за невозможности обменять украинские наличные деньги на российские рубли — им приходится отдавать свои паспорта. И вернуть их обратно может быть непросто.

В одном из временных приютов для беженцев в России поселился и Шевчук с семьей. Впрочем, уже через неделю им удалось выехать на автобусе в Грузию. Украинец признается, что оставаться в стране, где большинство поддерживают войну, на рекламных щитах повсюду виднеется буква Z, и невозможно открыто выразить свое мнение, было угнетающе. «У нас была мирная жизнь. Они ее у меня забрали и оставили ни с чем, – говорит Шевчук. — Ни с того, ни с сего они говорят тебе, что тебя спасли. Спасли от чего? Я никогда не видел ни фашистов, ни нацистов».

Таким как Шевчук — украинским беженцам, оказавшимся в России или на оккупированных ею территориях и желающим уехать за границу, помогают подпольные волонтерские сети, пишет информационное агентство Reuters. Они дают советы по маршрутам перемещения, помогают деньгами и обеспечивают транспорт. Многие подобные организации возглавляют граждане России – некоторые находятся за пределами родины, другие остаются дома, скрываясь от власти и силовиков.

Их деятельность связана с риском. Хотя российские законы напрямую не запрещают помогать украинским беженцам, ответственность установлена для тех, кто открыто выступает против войны в Украине. По словам двух волонтеров, одна россиянка, которая помогла десяткам украинцев выехать из России через границу с Эстонией, перестала это делать после вызова на допрос. В отделении полиции ее продержали несколько часов без доступа к адвокату.

20-летняя Мария Белкина — уроженка России, которая живет в Грузии и управляет группой «Волонтеры Тбилиси». Та, по ее словам, уже помогла около 300 украинцам уехать из России. Белкина признается, что любит страну, в которой родилась и выросла, однако ей грустно видеть, какой она стала теперь. «Мы все испытываем это постоянное чувство вины, – признается россиянка. — Многие люди из России пишут нам с вопросом: «Чем я могу помочь?»

Журналисты Reuters пообщались с представителями еще трех волонтерских организаций, которые сообщили, что с начала войны способствовали выезду из России более тысячи украинских беженцев, преимущественно выходцев из Мариуполя. Всего, по данным Организации Объединенных Наций, с начала полномасштабного вторжения более 13 млн украинцев покинули родину или были перемещены внутри страны. Из них около 740 тыс. уехали в Россию.

Соучредительница волонтерской инициативы «Помогаем уехать» Натурико Миминошвили из грузинского Тбилиси рассказала Reuters, что ее организация помогает украинским беженцам в поиске временного жилья, предоставляет информацию о маршрутах, бронирует для них билеты на поезда и автобусы, а также консультирует об их правах. Руководят организацией россияне и русскоязычные граждане, проживающие за границей, а в самой России она сотрудничает примерно с сотней волонтеров, которые поселяют украинцев в своих домах до момента эвакуации за границу.

По словам Миминошвили, в практике «Помогаем уехать» были случаи, когда российские чиновники давили на людей, чтобы те ехали в определенные регионы против своей воли, или говорили им о запрете покидать официально предоставленное жилье.

Один из украинцев, которым помогла эта организация, – мариупольец Богдан Гончаров с семьей. В середине марта они из-за оккупированного Бердянск попали в Крым, откуда украинец связался с волонтером «Помогаем уехать». Та посоветовала ему добраться до Ростова, откуда мариупольцев автобусом вывезли к границе с Эстонией. Там россияне допросили Гончарова, чтобы проверить, не связан ли он с украинской службой безопасности или правоохранительными органами, после чего семья оказалась на территории ЕС – через три недели после того, как покинула родной город. Те же несколько десятков оставшихся в Крыму земляков Гончарова были, по его словам, вскоре переправлены на полуостров Таймыр на крайнем севере России.

«Это чудо, что мы выбрались, – говорит мариуполец. – Все благодаря волонтерам».

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.


https://nv.ua/world/geopolitics/ukrainskie-bezhency-v-evrope-i-rossii-kak-prinimayut-ukraincev-obzor-smi-50241667.html

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.